Актуальность стратегического управления реформами российской экономики

 

Рассмотрение экономических показателей в период радикальных ре­форм, проводившихся в России в период с 1991 по 2002г. свидетельствует о глубочайшем падении российской экономики за эти годы. Это ясно если сравнить цифры производства в основных отраслях. При этом открываются реалии того бедственного положения дел, которое было (и есть) на самом де­ле, в отличие от той «подретушированной» виртуальную картину, которую подавали широкой общественности средства массовой информации, выпол­няя, таким образом заказ тех кругов, которые стремились остаться у власти в стране.

Особенно это показательно на примере производства топливно - энергетических и сырьевых ресурсов, которые в массовом сознании счита­ются наиболее «успешными». И в действительности сегодняшняя российская экономика переориентирована на эти производственные сферы. Но даже при их приоритетном положении в 2002 г. относительно 1990 г. производство нефти упало с 516 млн. т. до 380 млн. т. (на 36%), газа с 641 млрд. куб.м. до 595 млрд.куб.м. (на 7,7%), электроэнергии с 1082 млрд.кв.час. до 891 млрд.кв.час. (на 21,4%), чугуна с 59,4 млн.т. до 46,7 млн.т. (на 27,4%), стали с 89,6 млн.т. до 59,9 млн.т.(на 49,6%), готового проката с 63,7 млн.т. до 48,7 млн.т. (на 30,8%), минеральных удобрений с 15079 тыс.т. до 1356,2 тыс.т. (в 11,6 раз), химических волокон и нитей с 673 тыс.т. до 159 тыс.т. (в 4,2 раза) (см.таблицу 1).

Особенно сильный спад охватил отрасли машиностроения. Например, за рассматриваемый период производства металлорежущих станков упало с 72,4 тыс.шт. до 6,5 тыс.шт. (в 11,1 раза), в том числе с числовым программ­ным управлением с 16,7 тыс.шт. до 0,2 тыс. шт. (в 80,3 раза!), кузнечно - прессовых машин с 27,3 тыс.шт. до 1,2 тыс.шт. (в 22,7 раза), в том числе с

Динамика производства отдельных видов продукции[43]

числовым программным управлением с 370 до 1 единицы (в 370 раз), автома­тических и полуавтоматических линий с 556 до 2 единиц (в 228 раз), персо­нальных ЭВМ с 313 тыс. до 186 тыс. (в 1,7 раза), грузовых автомобилей с 685 тыс. до 173 тыс. (в 4 раза), тракторов с 214 тыс. до 9,2 тыс. (в 23,3 раза)! (см. таблицу 1).

Таблица 1.

Виды продукции

1980

1990

1991

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

2000

2001

2002

Нефть, млн.тн.

547

516

462

399

354

318

307

301

306

303

305

324

348

380

Бензин, млн.тн.

53,2

49,7

46,7

42,3

36,9

31,1

32,8

31,2

32,0

28,9

31,5

32,8

34,6

37,5

Дизельное топли­во, млн.тн.

69,5

76,2

72,2

65,1

56,7

46,7

47,3

46,7

47,2

45,1

46,8

49,2

50,2

52,7

Мазут, млн.тн.

137

100

97,1

89,3

82,1

69,5

64,5

63,5

62,2

56,2

50,2

48,2

50,3

54,2

Газ, млрд. куб.м.

254

641

643

641

618

607

595

601

571

591

592

584

581

595

Электроэнергия, млрд.квт/час.

805

1082

1058

1008

957

876

860

847

834

827

846

873

891

891

Чугун, млн.тн.

55,2

59,4

48,9

46,1

40,9

36,5

39,8

37,1

37,3

34,7

40,9

44,8

45,0

46,7

Сталь, млн.тн.

84,2

89,6

77,1

67,0

58,3

48,8

51,6

49,3

48,5

43,7

51,5

59,2

59,0

59,9

Готовый прокат, млн.тн.

59,7

63,7

55,1

46,8

42,7

35,9

39,0

38,9

38,8

35,2

40,9

46,7

46,9

48,5

Минеральные удобрения, млн.тн.

11772

15079

15042

12300

9917

8256

9639

9076

9546

9380

11496

12213

13026

13569

Химические во­локна и нити, тыс.тн.

624

673

529

474

349

198

216

134

129

133

136

164

158

159

Металлорежущие станки, тыс.шт.

118

74,2

67,5

53,4

41,9

20,1

18,0

12,1

9,4

7,6

7,9

8,9

8,3

6,5

В т.ч. ЧПУ, тыс.шт.

6,3

16,7

12,8

5,0

1,4

0,5

0,3

0,1

0,1

0,1

0,1

0,2

0,3

0,2

Кузнечно- прессовые маши­ны, тыс. шт.

43,1

27,3

23,9

16,5

7,5

3,1

2,2

1,2

1,2

1,3

1,2

1,3

1,2

В т. ч. ЧПУ, шт.

117

370

315

95

16

13

12

7

3

4

1

5

1

Автомат, и полуав­томат. линии

556

297

180

103

49

57

29

30

19

26

11

5

2

Персональные ЭВМ, тыс. шт.

313

254

137

113

82,1

62,3

118

132

62,0

65,7

70,8

136

186

Грузов, автомоби­ли, тыс. шт.

683

685

616

583

467

183

142

134

146

141

176

184

173

173

Тракторы, тыс. шт.

249

214

178

137

89,1

28,7

21,2

14,0

12,4

9,8

15,4

19,2

19,2

 

9,2

Мясо, в уб. весе, млн. тн.

4,7

7,0

5,7

4,9

4,1

3,5

2,7

2,3

1,9

1,8

1,2

1,3

1,5

Молоко

33,4

41,4

51,9

47,2

46,5

42,2

39,2

35,8

34,7

33,3

32,3

32,3

32,9

33,5

Ввод в действие жилых домов, млн. кв. м. общ. пл. в городах и ПГТ

45,0

43,8

35,1

31,0

32,3

30,7

32,1

26,2

24,6

23,5

24,2

23,7

24,7

26,2

Радикальные реформаторы обвиняли советскую экономику в том, что в ней имеет место непомерный крен в направлении производства средств про­изводства в ущерб изготовлению предметов потребления. Однако, за годы рыночных реформ значительно сократились объемы производства во всех отраслях группы «Б» промышленности, а также в строительстве жилья. На­пример, за рассматриваемый период (1990-2002 гг.) ввод в действие жилых домов в городах и поселках городского типа сократился с 43,8 млн.кв.м. до 26,2 млн.кв.м. (в 1,7 раза), производство мяса с 7 млн.тн. до 1,5 мл. тн. (в 4,7 раза), молока с 41,4 млн.тн. до 33,5 млн.тн. (в 1,24 раза) (см. таблицу 1).

За всего годы радикальных рыночных реформ в российской экономике нет абсолютно ни одной отрасли, в которой бы объем производства возрос или хотя бы существенно не упал относительно 1990 года. Сам этот факт не только служит аргументом к отрицательной оценке «курса реформ», но и, в принципе, не позволяет говорить о каких-либо прогрессивных структурных изменениях в реальном секторе экономике.

Резкому падению объемов производства во всех отраслях российской экономики соответствует крайне малый уровень загрузки производственных мощностей. В частности, если в сырьевых отраслях уровень загрузки колеб­лется в районе 72-88%, то в производстве металлорежущих станков он со­ставляет всего 14%, кузнечно-прессовых машин 19%, тракторов - 9,5%, дре- весно-стружечных плит 75%, цемента - 51%, пиломатериалов - 40%, сбор­ных железобетонных конструкций и изделий - 37%, ткани хб суровых - 59%, обуви - 37%, цельно-молочной продукции - 37%, консервно - плодоовощных - 40%! и т.д.

Низкая загрузка имеющихся производственных мощностей сопровож­дается резким падением ввода в действие новых мощностей, в частности в период с 1990 по 2002 гг. включительно ввод производственных мощностей сократился по электростанциям турбинным с 3,7 млн.кВт. до 0,7 млн. кВт. (в 5,3 раза), газопроводов магистральных и отводов от них с 3,2 тыс.км. до 1,5 тыс. км. (в 2,3 раза), стали с 2,5 млн.т. до 0,1 млн. т. (в 25 раз), металлоре­жущих станков с 0,2 тыс. шт. до 0, кузнечно-прессовых машин с 0,01 тыс. шт. до 0, тракторов с 5,0 тыс шт. до 2,5 тыс. шт.(в 2 раза), трикотажных изделий с 34,6 млн.шт. до 0,15 млн. шт.(в 2307 раз), кожаной обуви с2,3 млн. пар до 0. Если в 1990 г. было построено автомобильных дорог с твердым покрытием 12,8 тыс.км., то в 2002 г. только 4,0 тыс. км.[44]

Правда, по отдельным показателя ввода в действие производственных мощностей 2002 г. превосходит 1990 г. Тем не менее, это не опровергает вы­вода об общей линии резкого падения инвестиций в реальный сектор эконо­мики. Во-первых, введение в строй в том или ином году достаточно крупных объектов дает в отдельные годы всплеск показателей, после чего они часто затухают. Например, в 1990 г. было введено мощностей по производству лег­ковых автомобилей 25,0 млн.шт., а в 2002 г. - 26,9 млн.шт., однако, в 1970 было введено мощностей на 100 млн.шт. Во-вторых, сам уровень 1990 г. был далеко не лучшим в советской истории. Он взят за точку отсчета, как послед­ний полный год существования России в составе СССР. Периоду радикаль­ных рыночных реформ предшествовал период так называемой «перестрой­ки», который явился преддверием реформ 90-х г. Уже в период «перестрой­ки» ситуация в экономике страны, в том числе в инвестиционной сфере, рез­ко ухудшилась[45].

Центральным ядром радикальных рыночных реформ, ее материальном и организационно-управленческом фундаментом явилось масштабные изме­нения в формах собственности, причем, проводившемся сверху и под сило­вым давлением. На 01.01.2003г. частная собственность охватывала 76,9% всех предприятий и организаций РФ, на государственную собственность па­дает лишь 4,1% из их числа, муниципальную - 6,2%, собственность общест­венных и религиозных организаций - 6,4%[46]

Однако, если соотношение государственной и негосударственной форм собственности оценивать не по численности предприятий и организаций, а по полной учетной стоимости основных фондов, то в последнее время (в 2001-2003 гг.) наблюдается стабилизация их долей на следующем уровне: 42% государственная и 52% негосударственная собственность[47]. По числен­ности занятых в 2002 г. на частную собственность падало 48,7%, государст­венную и муниципальную 37,3%, собственность общественных и религиоз­ных организаций 0,8%, смешанную российскую - 9,4%, иностранную, совме­стную российскую и иностранную - 3,1% .

Анализ структуры инвестиции в основной капитал по формам собст­венности в экономике РФ (см. таблицу 33 приложения), позволяет сделать вывод о том, что доля частной собственности в инвестициях существенно ниже (43,9%) чем ее доля в основных фондах , что свидетельствует об отсут­ствии должной заинтересованности у частных собственников в инвестирова­нии капитала в развитии производства и это в условиях почти пятикратного сокращения объемов производства в сравнении с 1990 г.

В структуре инвестиции в основной капитал на собственные средства падает 48,0%, а на привлеченные 52,6% , в том числе бюджетные - 19,6%.[48]

Крайне низкая активность частного сектора финансирования основных фондов воспроизводства сопровождается значительным падением (абсолют­ным и относительным) инвестиций в основные фонды, финансируемые из государственного бюджета. В частности если в 1990 г. на поддержку реаль­ного сектора экономики направлялось 50,2% всех расходов государственного бюджета, то в 2002 г. - 21,28%[49].

В условиях крайне низкой инвестиционной активности, сопровождаю­щейся нарастанием физического и морального износа основных фондов, происходит реальное обесценивание основных фондов в народном хозяйстве РФ. Так средний возраст машин и оборудования в промышленности РФ в пе­риод с 1990 г. по 2002 г. включительно увеличился с 10,8 лет до 20,1 г., т.е. почти в 2 раза[50]. Степень износа всех основных фондов в экономике РФ на 01.01.2003 достигла 49,5%, в том числе в промышленности - 60,8%, износ сооружений в промышленности составил 56,5%, машин и оборудования - 60,8%, транспортных средств - 51,3%.[51]
В 2002 г. относительно 1990 г. по экономике РФ коэффициент обновления основных фондов упал с 5,8 до 1,6 (в 3,6 раза), а коэффициент выбытия с 0,8 до 1,0 (в 1,8 раза)[52].

При главном ориентире радикальных реформ на ускоренную интегра­цию российской экономики в мировое экономическое пространство, доля России в мировом экспорте и импорте парадоксальным образом, значительно уменьшилась за годы реформ (см. таблицу 2.)

Таблица 2.

Доля России и Китая в мировом экспорте и импорте (в %)[53]

1990

1995

1996

1997

1998

1999

2000

2001

2002

Россия

Экспорт

1,6

1,7

1,5

1,4

1,3

1,7

1,7

1,7

импорт

2,3

1,2

1,3

1,0

0,8

0,5

0,5

0,7

0,7

Китай

Экспорт

1,8

3,0

2,9

3,4

3,5

3,6

4,1

4,6

5,4

импорт

1,5

2,6

2,6

2,7

2,6

3,0

3,6

4,1

4,8

Относительно 1990 г. в 2002г. доля России в мировом экспорте снизи­лась с 2,1% до 1,7%, а в мировом импорте - с 2,3% до 0,7%, в то время как доля Китая в мировом экспорте возросла за это же время с 1,8% до 5,4%, а импорте с 1,5% до 4,8%[54]. При этом Китай оказался членом Всемирной торго­вой организации (ВТО), а Россию туда до сих пор не приняли. Примечатель­но, что все это имеет место в условиях добровольной сдачи в 90-е годы про­шлого века Россией многих своих геополитических позиций США, господ­ство в сознании радикальных реформаторов и СМИ проамериканской идео­логии, в то время как Китай проводил политический и экономический курс в соответствии с национально-государственными интересами, вопреки тому, что хотели бы от него США, международный валютный фонд и т.п.

Таким образом, можно сделать вывод, что в процессе радикальных ры­ночных реформ, начатых в России в 1992 г. в стране был создан экономиче­ский механизм, в корне удушающий реальный сектор экономики, изначально делающий невыгодным, за редкими исключениями, производство товаров и оказание реальных услуг. Об этом убедительно свидетельствуют показатели, приводимые в таблице 2[55].

Таблица 2.

Индексы цен в секторах экономики РФ2 (декабрь к декабрю предыдущего года, в процентах, до 1996г. - в разах)

1991

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

2000

2001

2002

Индекс потре­бительских цен

2,6

26,1

9,4

3,2

2,3

121,8

111,0

184,4

136,5

120,2

118,6

115,1

Индекс

цен производите­лей промышлен­ной продукции

3,4

33,8

10,0

3,3

2,7

125,6

107,5

123,2

167,3

131,6

110,7

117,1

Индекс

цен производите­лей на реали­зованную сельско­хозяйственную продукцию

1,6

9,4

8,1

3,0

3,3

143,5

109,1

141,9

191,4

122,2

117,5

98,1

Индекс

цен производите­лей в строительстве

3,1

16,1

11,6

3,2

2,5

137,2

105,0

112,1

146,0

135,9

114,4

112,6

Индекс тарифов на грузовые пере­возки

2,1

35,6

18,5

3,5

2,7

122,1

100,9

116,7

118,2

151,5

138,6

118,3

В России с 1992 г. была запущена галопирующая инфляция, которая хотя постепенно и затухла (весьма медленно), но все равно, осталась на уровне 15-20% в год. При этом уровень рентабельности предприятий и орга­низаций реального сектора экономики оказался в одни годы реформ близким к уровню инфляции, но все равно ниже ее, а в другие - значительно ниже его (см. таблицу 4).

Таблица 4.

Рентабельность продукции и активов предприятий и организаций эко­номики РФ в сравнении с индексами цен (в процентах У

1992

1993

1994

1995

1996

1997

1998

1999

2000

2001

2002

Рентабельность продук­ции по экономике РФ

29,3

26,3

14,5

15,8

4,8

6,3

18,5

18,9

14,4

10,9

Индекс потребительских цен (до 1996 г. в разах)

26,1р.

9,4р.

3,2р.

2,3р.

121,8.

111,0

184,4

136,5

120,2

118,6

115,1

Индекс цен производит пром. продукции

33,8 р

10,0р.

3,3р.

2,7р.

125,6

107,5

123,3

167,3

131,6

110,7

117,1

Как следует из таблицы 4, все годы радикальных рыночных реформ уровень инфляции превышал уровень рентабельности в реальном секторе экономики, причем на протяжении ряда лет это превышение измеряется не в процентах, а в разах, на начальном этапе в десятки раз! Очевидно, что в фи­нансовом отношении невыгодно вкладывать деньги в производство, а потом получить их, рискуя потерять в большем размере, чем сумма первоначальных вложений. Из-за инфляции покупательная сила этих несколько возросших денег оказывается значительно меньше, чем та, которая была у денег, инве­стированных в производство. В такой ситуации на протяжении ряда лет ры­ночных реформ предприятия могли получить больше дохода, храня их на де­позитах в банках, чем от производственно-хозяйственной деятельности (см. таблицу 5.).

Как следует из таблицы 5 с 1995 по 1998 гг. включительно ставка по депозитам в банках значительно превышала рентабельность продукции по экономике РФ в целом. Лишь с 1999 г. это соотношение поменялось в пользу рентабельности продукции. Этому перелому предшествовал августовский финансовый кризис 1998г., после чего радикализм монетарных реформ зна­чительно пошел на убыль.

Таблица 5.

Состояние уровня рентабельности и процентных ставок по депозитам (среднегодовым) в экономике РФ (в процентах)[56]

1995

1996

1997

1998

1999

2000

2001

Ставка по депозитам

102,0

55,1

16,8

17,1

13,7

6,5

4,9

Рентабельность продук­ции

15,8

4,8

6,9

18,5

18,9

14,4

Превышение (+) ставок по депозитам рентабель­ности продукции

+86,2

+41,3

+9,9

+9,0

-4,8

- 12,4

-9,5

Изначальная финансовая невыгодность производства в период ради­кальных рыночных реформ выразилась, помимо прочего, в чрезмерной доле убыточных предприятий в их общей численности по экономике РФ: 1992 г. - 15,3%; 1993 Г. - 14,0%; 1994 г. - 32,5%; 1995 г. - 34,2%; 1996 г. - 50,6%; 1997 г. - 50,1%; 1998 г. - 53,2%; 1999 г. - 40,8%; 2000 г. - 39,8%; 2001 г. - 37,9%; 2002 г. - 43,5%.[57]

В действительности, как справедливо отмечают многие экономисты доля предприятий, балансирующих на грани банкротства, значительно пре­вышает долю убыточных предприятий, достигая 85 - 90% их общей числен­ности. Причина в том, что прибыли многих рентабельных предприятий явно недостаточно для уплаты всех обязательных платежей, в том числе по нало­гам, в связи, с чем такие предприятия могут быть легко объявлены банкрота­ми.

Основой механизма финансового удушения производственных пред­приятий в экономике РФ служит многократное сжатие против оптимальной нормы денежной массы страны в отношении к ее валовому внутреннему продукту и имеющимся производственным мощностям.

Согласно расчетам доля денежной массы в стоимости ВВП составила (в %): 1995 г. - 14,3; 1996 г. - 13,8; 1997 г. - 15,5; 1998 г. - 16,3; 1999 г. - 14,8; 2000 г. - 16,2; 2001 г. - 17,7; 2002 г. - 19,5[58].

Для сравнения, соотношение денежной массы и ВВП в экономике раз­витых стран запада колеблется на уровне 80% (примерно, в 5 раз больше), достигая в отдельных странах в определенные годы и более высокого уровня. Например, 96% в Германии, 107% в Японии, 122% в Швейцарии. В СССР аналогичный показатель составлял 70%.

В результате непомерного сжатия денежной массы относительно ВВП, денег в России катастрофически не хватает на «входе» в процесс производст­ва,[59]
ни на «выходе»3 из него. В итоге, производство начинает сокращаться, словно «шагреневая кожа».

В условиях проводимых монетарных реформ экономика России не рухнула окончательно только потому, что предприятия реального сектора экономики в преобладающей части своей деятельности из монетарной сферы в бартер, поставки без оплаты в долг (взаимная задолженность предприятий и организаций при этом возросла до размеров сопоставимых с ВВП), взаимо­зачет, вексельный и суррогатный оборот.

Конечно, такая демонетизация реальной экономики имела много отри­цательных моментов, ряд предприятий и организаций воспользовавшись сти­хийной демонетизацией в корыстных целях, в частности не перечисляя обя­зательных платежей при наличии у них свободных денег. Однако, из двух зол следует выбирать наименьшее. Косвенно, о масштабах демонетизации рос­сийской экономики можно судить на основе следующих данных. Так, прочие поступления доходов стали близки, а в отдельные годы и превосходили до­ходы в виде выручки от реализации товаров, продукции, работ и услуг (т.е. основного вида деятельности, официально фиксируемого в отчетности). На­пример, в 2002 г. на доходы от основной деятельности падало 34,1% всех по­ступивших средств, а на прочие доходы - 39,2%.[60]
В этом же году на приоб­ретение товаров, оплату работ и услуг падало 26% расходов, оплату труда - 3,9% (!); отчисления на социальные нужды - 1,2%, выдачу авансов - 3,7%, оплату долевого участия в строительстве - 1,5%, выплату дивидендов, про­центов - 0,3%, расчеты с бюджетом - 5,5%, в общей сложности - 42,1%, а на прочие расходы пришлось 57,9% (!) всех израсходованных средств .

Все вышеприведенные данные и их анализ позволяют сделать следую­щие выводы.

1.  Радикальные рыночные реформы, начатые в России в 1992 г., осуще­ствлялись не в национально-государственных интересах России.

2.  Стратегическое     управление, в том числе стратегическое планирова­ние макроэкономическими процессами в стране отсутствовало, что равной степени не позволяло осуществлять стратегическое управление и планирова­ние ни микро-, ни мезо - уровнями экономики. Стратегическая ориентация на мировой рынок, не была должным образом проработана и себя не оправдала. Доля России за годы рыночных реформ в мировом экспорте упала с 2,1% до 1,7%, а мировом импорте - с 2,3% до 0,7% Таким образом, фактически не была налажена система стратегического управления многоуровневым вос­производственным процессом.

3.  В противоположность общей тенденции деградации систем управле­ния государством и воспроизводственным процессом, в качестве реакции са­мовыживания в экстремальных условиях, в результате самоотверженных действий наиболее талантливых хозяйственных руководителей, была запу­щена тенденция приспособления управления предприятиями и организация­ми к новым условиям хозяйственной среды. Для выживания в условиях уду­шающей их монетарной сферы, большинство предприятий и организаций, в значительной части деятельности ее покинули, переведя ее в безденежный оборот, используя бартер, поставки в долг, взаимозачет, суррогатные деньги.

4.  Резкое падение объемов производства не только в стране в целом, но и в каждой отрасли экономики, без исключения, при том же самом ресурсном потенциале, свидетельствует:

-  об отсутствии, в принципе, каких-либо прогрессивных структурных изменений в реальном секторе экономики;

-  о значительном снижении эффективности управления, в том числе и на приватизированных предприятиях.

5.  Подъем экономики в последние годы имеет место лишь в сравнении с рубежом августовского кризиса 1998г. В сравнении с уровнем 1990г., в 2002 г. производство ВВП составило 73,8%, валовое накопление основного капитала 22,7% (!), объем промышленного и сельскохозяйственного произ­водства, соответственно, 62 и 69%, реальная заработная плата работников - 59%[61].

6.  Особо отрицательным является снижение объема инвестиций в ре­альный сектор экономики примерно в 5 раз, что в условиях нарастающего физического и морального износа основных фондов означает движение в на­правлении децентрализации страны со всеми катастрофическими последст­виями потери индустриального потенциала. Подлинное оздоровление рос­сийской экономики может начаться только с производственной активизации инвестиционной активности, чего пока не произошло.

7.  Приватизация предприятий в России была проведена антигосударст­венным и антиэффективным образом - предприятия за бесценок были пере­даны в частную собственность, управление ими ухудшилось, инвестицион­ная активность на них упала в 5 раз, при этом был создан фундамент разрас­тания спекулятивно-посреднической сферы, которая стала оттягивать на себя почти все свободные денежные средства, лишая их реальный сектор эконо­мики.

8.  В России сформировался экономический механизм, изначально де­лающий невыгодным в финансовом отношении всякое производство, за ред­ким исключением, поскольку уровень рентабельности в реальном секторе экономики за ряд лет реформ был ниже не только уровня инфляции, но даже банковского процента на депозит[62]. Доля убыточных предприятий колеблется за годы реформ на уровне 37 - 52% , а доля предприятий на гране банкротст­ва выше, на уровне 85-90%, поскольку прибыли многих рентабельных пред­приятий недостаточно для оплаты обязательных платежей, в том числе нало­гов.

9.  В России назрела необходимость смены курса экономических ре­форм, которые следует переориентировать от рыночно-либеральных и моне­тарных догм на здравый смысл, требующий формирования в России смешан­ной экономики, соединяющей в себе лучшие черты рыночной и плановой экономики вокруг стержня национально-государственных интересов страны, с учетом ее ресурсного потенциала, геополитического положения, историче­ских и культурных традиций.

10.  Любые экономические преобразования должны сначала проходить научную экспертизу, выверяться на всех уровнях экономики, а также учиты­ваться комбинационный (синергетический) эффект от сочетания результатов этих преобразований на различных уровнях. В связи с этим в России уже на­зрела насущная необходимость создания стратегических структур (или госу­дарственной системы) управления многоуровневым воспроизводственным процессом.